А курить надо бросать, братцы-кролики! Сегодня утром подхожу к табачному киоску и как всегда прошу две пачки “море белое с синей полоской”. Продавщица предупреждает: – Уже по два-сорок!
- Да, знаю-знаю. Надо бросать, слишком накладно получается.
Хотя мне, наверное, проще похудеть, чем бросить курить. Эхм
II
Вот у ментов есть такая система – называется АРМОР. Вводишь даные человечка в поисковик и из базы данных извлекаешь информацию: состоял или не состоял, привлекался али нет, когда по какой статье и т.д.
Хорошо бы такую систему заиметь и журналистам, но только, чтобы база данных была пообширней. Например, по сумасшедшим. Звонит человечек или приходит в редакцию, а ты, коллега, его данные раз – и в поиск. На экране инфа: шизофреник, мания преследования, мания величия, был замечен в редакциях таких-то и таких-то газет, помешан на том-то и том-то.
И как бы легче жилось, а? Вот, сегодня двадцать минут слушала по телефону бред председателя Луганского городского комитета защиты прав человека Шуюповой Светланы Максимовны. Я это имя ни разу не слышала, поэтому насторожилась. (Кстати, коллеги, запомните это имя!)
Сначала было повелась: подумала, мало ли сколько в нашем городе всяких правозащитных организаций, может, какой материальчик интересный подкинет?
Первое, что меня насторожило, так это фраза: 21 апреля я провела ПЯТЬ заседаний суда. Та не, тетя, это ты что-то не то говоришь. Мы вот вчера едва-едва одно высидели с Денисом Киркачем и Златой Волконской, а тут сразу пять. Так не бывает априори.
Потом промелькнула в потоке ее речи циферка: к нам обратилось более двухсот тысяч человек, и мы всем им помогли, а отказали только человекам сто и то потому, что они были преступниками. Ой, тетя, та ты шо?!
Наконец, когда она начала рассказывать о покушениях на нее, многочисленных ЗЧМТ и переломанных ребрах – я поняла, что чуйка меня не подвела.
Трубочку я повесила и попросила секретаршу больше меня с гражданкой Шуюповой не соединять.
Есть у нас в Луганске еще
Звонила она и мне раз пять.
Жаль, конечно, жаль этих людей. Но кто бы пожалел тех, кому с ними приходится сталкиваться?
Может, потому что хвораю еще немного. Но иду на поправку, потому что десерт заглотила три часа назад и он назад не вернулся, умничко.
В субботу в обкоме был серьезнейший сейшн: реальная подготовка к выборам. Утверждали список кандидатов в депутаты Верховной Рады. Попала в него и я, второй раз уже, первый был в прошлом году.
Не могу сказать, что это меня радует. Разве что “галочку” поставить: вот, мол, какие вершины, ни фига себе. Позлорадствовать еще можно: кандидатура Кравы, например, на таком же сейшене ПР даже не рассматривалась, ни в прошлом году, ни в этом.
Вопрос даже не в том, что не пройду. Вопрос в том, что слабо себе представляю ТАКОЕ будущее. Киев не люблю, Луганск покидать категорически не хочу.
Потому и грустно, что в такие моменты мне кажется, что моя судьба от меня уже лично не зависит. Вот они – плоды с горчинкой публичности и политической активности.
Нормальные люди заболевают в выходные дни или перед какими-нибудь праздниками. Чтобы потом материться и злиться от того, что болячка не прицепилась в рабочие дни: ведь в таком случае можно со спокойно совестью забить на работу и провалятсья пару-тройку дней на диване под теплым одеялом, хлебать горячий чаечек с молоком и медом, фтыкать в телик и отоспаться на полгода вперед.
Я – не нормальная. Я заболеваю в самые горячие рабочие часы. Вот и в этот раз меня накрыло аккурат в понедельник. А какие были планы грандиозные! Припереться на работу часиков в семь утра и выдать на-гора до фига всяких нужных и добрых дел. Но не срослось…
В половине шестого открыла глаза и поняла, что мне так хреново, так хреново – какая там работа, если стакан воды не могла ко рту поднести, так меня колотило и колбасило. А вот это я не люблю: если колотит, значит, какая-то серьезная штука произошла, а не просто сопли-насморк-кхе-кхе-кхе. Трупиком я пролежала до двух часов дня, потом позвонила на работу и сказала: не ждите сегодня. И все равно надеялась, что попустит. Наглоталась по маминому рецепту анальгин+парацетамол+димедрол, надела теплые носки и под два одеяла. Очнулась в половине пятого, храбрая такая, думала: все окей. Какое там! Началась вообще полная фигня: не смогла поесть. Две ложки фасолевого супчика и кусочек печенки с какой-то идиотской спешкой вернулись в исходное положение – назад в тарелку. Фу, Ната, ну ты даешь!
Пришлось перейти к контр-мерам: заглотила активированного угля и обреченно сделала клизму. С диагнозом почти определилась: какой-то вирус гриппа хапанула не иначе плюс чем-то успела травануться. Ночь прошла в ужасе: унитаз только и успевал меня встречать. Но утром попустило и в 10.00 уже была на рабочем месте. Жрать, правда, ничего не могу, только воду хлебаю и с надеждой смотрю на творожный десерт – вдруг полезет, аппетит-то появился. Колотит уже значительно слабее и голова начала соображать. А сегодня – вторник, один из самых важных рабочих дней. Понятно, что сидеть буду до упора.
Отака фигня, малята!
Единственное, что меня радует во время болезни, так это то, что реально сбрасывается вес. Сегодня стала на весы: опа, минус полтора кг. Как говорится, не было бы счастья, если бы несчастье не помогло
C утра мама основательно подпортила мне настроение.
Позвонила: – Нет ли у тебя случайно свободных денег?
(Какое значение она вкладывает в формулу “свободные деньги” – понятия не имею.)
- Ма, а тебе зачем?
- Да вот у тети Наташи, ты должны помнить, (какая-то стоюродная мамина сестра или тетка – Авт.), они еще на свадьбу к Вите приезжали (далее шло перечисление кучи родственников, некоторых из них я ни разу в жизни не видела), так вот у нее 55-летие, и я хочу к ней поехать в Днепропетровскую область.
- А сколько тебе надо?
- Ну тыщи три…
(Пауза. Пытаюсь сложить в голове пазлы: свободные деньги, три тысячи, поездка на расстояние 400 км, туда и обратно.)
- Ма, ты чё на такси собралась ехать?
- Ну, а подарок?
- Кольцо что ли с бриллиантом?
- Нет – так и скажи, – чувствую, начинает обижаться.
- Ма, я понимаю 500 грн. Но три тысячи??? И потом, мам, у тебя пенсия 580 грн. Как ты вообще их собираешься отдавать?
- Ладно, дочка, не будем, не будем. Ты завтра приезжаешь?
- Конечно, скорее всего, с утра. Да, и я тебе светильники купила, помнишь, ты просила?
- Да ты что? Ой, ай! А какие?
- На солнечных батареях, какие ты и просила, ты же хотела аллейку осветить от ворот к дому.
(Бурный восторг.)
- Расскажи, сколько, какие, сколько стоят?
- Ма, их в “Эпицентре” – вагон и маленькая тележка. Разброс цен – от 55 грн. до 200 грн. Производитель – Россия, Германия, Китай. Я купила немецкие. Один – подвесной в виде фонаря, в котором горит свеча, в инструкции написано “Эффект горящей свечи”, и шесть обыкновенных кругляшей на палке, которые нужно в землю втыкать.
- Шесть??? А почему так много? Хватило бы и трех.
- Да я не глянула внимательно, а они, оказывается, в упаковке идут по две штуки. Ладно, будет тебе про запас. А то вдруг надумаешь и огород осветить))
Вот такая утренняя беседа. Попрощались вроде бы нормально, но у меня осадок остался.
Выходит, что я плохая дочь: если не согласилась дать матери эти три тысячи. Но ведь, действительно, как бы я себя чувствовала, зная о том, что у нее скромная пенсия? То есть – ходить и думать: она там на хлебе и воде сидит, чтобы скопить на долг мне? По концовке я бы все “простила”, считай – “подарила”.
Нет, безусловно, мне для матери ничего не жалко. Захотела светильники – пожалуйста. Захотела бисером вышивать – подарила ей все необходимое. Домой всегда еду затаренная под завязку: везу ей ее любимые копченые мидии, красную рыбу, икру, кофе – килограммами. На все праздники – любимые духи, хорошую косметику, все эти женские мелочи, которые стоят уйму денег. Но это – ПОДАРКИ. ДАРИТЬ – это просто очень приятно.
Но когда заходит речь о займе. Здесь меня перемыкает. Я сама ни у кого никогда не занимаю. Даже когда покупала квартиру и не хватало определенной суммы – попросила у шефа несколько зарплат вперед. И его мало волновало, как я буду жить полгода без зарплаты. Меня, собственно, тоже. Главное, что появилась своя крыша над головой.
Это как-то низко и оскорбительно просить взаймы. Еще оскорбительнее, когда заемщик ходит и просит: подождешь немного, я сейчас пока не могу отдать. Поэтому стараюсь не ввязываться в такие отношения. Не потому что я жадная. Нет, я очень щедрый человек. Но когда в отношения “вмешиваются” деньги – в большинстве случаев можно ставить крест на отношениях.
В субботу после встречи с вождем (Симоненко П.Н.) заехала на работу. По пути, правда, искала местечко, где можно перекусить, а в идеале – пообедать.
Да, в Луганске – это проблема. Траектория моего движения – от облпотребсоюза вниз в район старого города.
В столовке облпотребсоюза были какие-то помины. Входа нет. После посещения домотехники, где я купила диктофон, дошла до пиццерии. Не остановилась там, потому что у них единственный зал, и тот – в котором можно курить. А я по установившейся традиции курить начинаю только после того, как пообедаю.
Ниже был этот новый паб, название коего я не запомнила. А почти напротив “Вавилон”. Но для меня они чересчур навороченные. Я в них, понятно, ни разу не была: может, на самом деле, не такие уж они и навороченные, но как-то уж слишком вычурный фасад. И эти, что на входе, лица с таким лицом смотрят, что аж страшно: вдруг паспорт с регистрацией потребуют.
Дошла до Карла-Маркса. В “Уюте” – субботний день – вероятно, гуляли свадьбу: мне так показалось из-за визгов и плясок, слышимых с улицы.
Дошла до “Флагмана”. Там предложили только окорочка, сардельки и салаты. Пришлось согласиться на окорочок с салатом из свеклы. А хотелось борща, в крайнем случае – супчика.
Толком не наевшись, отправив половину окорочка в специально носимый в сумке пакетик (а, хуле, уплачено, я ж не виновата, что в наших кабаках заказ “с собой” не оформляют, а порции предлагают слонячие – нарочно, наверное), приехала на працю. Отработала допоздна и в двадцать два с копейками наконец-то вернулась домой. И тут меня ждал очень большой облом: замок отказывался слушать. Я его и так и эдак, и вот так, и через матьтвоютак. Нифига!
Стою, как дура, с цветами и почти слезами под своей квартирой и не знаю, что делать. Позвонила в МЧС. Мне сказали: можем дверь выбить и стоить это будет 160 грн. На вопрос – а что же мне дальше делать, с выбитой дверью, ночью, как ночевать? – ответили: а это уже ваши проблемы. В принципе, правы.
А время-то позднее. Звонить, тревожить знакомых-приятелей-друзей? Это ж еще надо подумать, кого беспокоить. Подруга Ксюшка может сказать только одно: приезжай ко мне ночевать. И таких друзей очень много. Но я хотела спать на своем диванчике.
- А Серега?
Да-да, Сереженька, мой старинный друг. Мы познакомились в бытность, когда я активно гнала на ментов в своих публикациях (справедливо, к слову). Были и угрозы по телефону, и анонимные наезды, и даже один суд, когда целое областное МВД хотело с меня сбить аж 5 тыс. грн.
Серега, как настоящий мужик, не стал присылать шестерок и братанов, а приехал ко мне лично в редакцию на разборки. Он тогда занимал очень даже не последнюю должность в нашей ментовке. Приехал, отворил свою барсетку, доставая бутылку коньяку, при этом дал мне заметить вполне внушительный пистолет. Попили мы коньячку, потом поехали по кабакам, вечер закончили где-то не помню где, но там мы спросили по 100 г водки и два огурца.
Светало… Серега дотащил меня до дверей моей квартиры, уложил баиньки: “Засыпай, я дверь захлопну, вечером позвоню”. Уважаю мужчин, которые не пользуются тем, что женщина в жо… пьяная. Правда, когда он позвонил и спросил, как чувствуют себя мои колени, я запаниковала: неужели все-таки воспользовался? “Ты что дура? Мы же друзья! А друзей не ебут! Это ты просто вчера немножко упала на ступеньках” Так бы сразу и сказал
И вот, стоя под своей дверью, я набрала его номер.
Он сказал: – Стой на месте, никуда не уходи, я сейчас приеду.
И приехал. Привез какого-то друга. Они мою дверь щупали так нежно, как девственницу.
Не знаю, что они там делали с ней, но замок поддался через пять минут.
Блять, я была так благодарна, что могла бы, наверно, и дать им обоим по очереди если бы они согласились (хо-хо). ШУТКА! Ну, так себе шутка
Пока мы с Серегой пили по писдисят коньячку, Валера приводил в чувство замок. Исправил, там какая-то фигня западала, сказал, что кто-то лазал-ковырялся, скорее всего.
Вот, думаю: а что у меня можно своровать? Телевизор “акай” восьмилетней давности? Дивидишник ВВК? Стиралку? Холодильник? Самое больное, что могло бы меня затронуть, это факт того, что какая-то сволота рылась в моем нижнем белье – перебирала бы все эти чулочки, поясочки, кружевные трусики, бюстье, корсеты (ну, люблю я красивое нижнее белье). Денег в доме не держу, в кошельке всегда минимум 150-200 грн.
Но тот, кто ковырялся в замке, наверняка думал: если депутат, то там золотой унитаз, как минимум. Наивный.
Подозрения мои вполне обоснованы: на площадке из пяти квартир – четыре с такими же дверями, но там все в норме.
Житие мое…
