Материтесь на здоровье
На днях приходило письмо на почту “вы, правда, журналист, а то что-то много матов в комментариях?” (да я вам сообщала, друзья мои). Но и без писем озадачивались многие читатели моего блога, начиная от маминых подружек и заканчивая болезной кирпичиос, которая, чтобы забрать свой хлам с прежнего места работы, специально нанимала участкового – хуле, боялась, что ей не только маты наговорят, но и с лестницы по старой памяти спустят (болезная, ой, болезная).
Озадачивались, недоумевали, перечитывали.
Так вот о матах. Ну, то, что их нарочно никто нынче не придумывает, – это факт. Все придумано до нас, а мы только используем накопленный богатый лексический материал: мы же – носители языка, и пока мы эти слова, в том числе и маты, используем, до тех пор наш великий и могучий будет велик и могуч.
Но тут, понимаете в чем дело, друзья мои, когда на остановке общественного транспорта, к примеру, с вами соседствуют какое-то время два гопника, которые во всеуслышание общаются исключительно фразами “нах”, “бля”, “йоб” – это мерзко и противно, и хочется, если не в рожу сразу дать, то хотя бы сказать “а ну-ка, рты позакрывали, йоб, зоебали и все такое, вы в общественном месте и попрошу неприличными словами не выражаться”. Но есть люди, и я знаю их имена, которые мат используют, скажем так, высоко художественно, то есть в тему и к месту, и как надо, и как там оно и було.
Вот сегодня просматривала ленту жж-друзей. Задружен у меня – чувствую всеми органами, если чуйку можно считать органом, что Человек уникальный, хороший, чистый, настоящий. Сообщил, что похоронили Дмитрия Горчева. Понятия не имею, кто такой. Но если жж-друг посчитал нужным сказать о нем, то зашла в жж этого Дмитрия. Читаю-читаю-читаю и оторваться не могу.
Да, текст с матами, но какой текст! В этом месте, вместо восклицательного знака, должно быть двоеточие, вот оно
двоеточие:
Вот я, еще когда ходил на работу (не помню даже когда это было и когда закончилось, давно, в общем) просыпался иногда утром и думал как Степа Лиходеев: “вы можете меня расстрелять, но на работу я сегодня не пойду”.
Во-первых, потому что она меня заебала. Во-вторых, потому что хочу я не на работу, а пива. В-третьих, потому что я до шести часов ебался, потом пиздел, а потом опять ебался с любимой женщиной, а сейчас только восемь. В-четвертых (а на самом деле, во-первых) вот она лежит прямо тут эта самая женщина и, если понюхать у нее за ухом, то какая там в жопу работа? До хоть галактико опасносте. Галактика эта сраная хуй знает где, а женщина – вот она, теплая. Сравнили жопу с пальцем.
Ну и звонишь по телефону и искренне врешь в трубку, что, вот мол, заболел бруцеллезом или там коровьим бешенством. В трубке люди все понимают, вздыхают и спрашивают: “Ну завтра-то хоть придешь?” “Конечно приду!” -отвечаешь им лживым, но очень убедительным голосом.
А если бы я был президент? Вот растолкает меня утром камердинер. “Обама, – скажет, – уже вылетел, сейчас над атлантикой, скоро будет здесь. Вставайте, господин президент. Костюм поглажен, тезисы подготовлены и согласованы”.
“А иди ты в пизду со своими тезисами, – скажу ему я. – Жопы у вас у всех есть? Вот и запихайте туда эти тезисы, кому сколько влезет, а потом их друг другу рассказывайте. И Обаму этого сраного я видеть уже не могу. Заебал он меня. Вот скажи: чего он все время лыбится? Типа все в говне, а он в шоколаде? Или зубы новые вставил? И вообще мы вчера с ним по телефону говорили. Я нихуя не понял, он нихуя не понял, но поговорили же. Чего ему еще надо? Ты это, позвони ему, скажи, что у меня тетка померла в Воронеже, она мне как мать была. Не могу я не поехать на похороны. Пусть прилетает завтра. А лучше в пятницу. Пусть посидит пока во Франции, сыру их гнилого пожрет. А лучше нет – не говори про тетку. Скажи: а пошел ты Обама нахуй! Разворачивай свой самолет и пиздуй обратно в свою америку играть в баскетбол. Я тебе потом перезвоню”.
И чего будет? Опять железный занавес, холодная война, империя зла. Антенны вращаются, на радарах зеленые синусоиды. Готовность номер один, ракетные расчеты на боевом дежурстве без горячей пищи.
Вы нам тухлые окорочка, а мы вам паленую водку.
Только этого ничего не будет. Потому что верные мои друзья и соратники, тайные советники и серые кардиналы тут же удавят меня моим же шарфом, как императора Павла. Ибо лучше никакой президент, чем такой.
Так что нахуй-нахуй. Обойдетесь без меня. Проведете в каждый дом (хотят они или не хотят) двадцать четыре канала телевидения, реорганизуете армию путем пошива ей новых ботинок, оснастите МЧС пирогами и блинами и сушеными грибами для тушения пожаров на море, расскажете нашим детям, как оно все было на самом деле, запретите употреблять слово Хуй даже мысленно, ну и так далее.
Да вы и без меня все сами знаете, что нужно делать. Страна большая, много чего смешного можно придумать.
(Конец цитаты, да-да-да)
Ну и что: из этого текста если выкинуть все маты, что от него останется?
Ага? Поняли, друзья мои? Ни хуя не останется. Вот и я о том же








